На сегодняшний день, согласно информации банков, 100 % валютных кредитных заемщиков признаны неплатежеспособными.

Собственно нет ничего удивительного, ведь получая валютные кредиты на протяжении 2008-2014 годов, заемщики выходили из стабильного экономического, политического положения в стране и как следствие – прогнозируемого курса валют. На сегодняшний день обесценивание гривны относительно востребованных валют (доллар США, Евро) составляет более 300%. И если еще летом 2014 года платежеспособные должники более ли менее продолжали гасить свои кредитные обязательства, то сей час даже при наличии неплохих доходов в этом уже никто не видит смысла.

Однако прежде чем обвинять правительство, врагов-соседей и т.д. во всех смертных грехах, стоит задать себе вопрос, а стоит ли вообще их платить?

Почему-то стала забытой норма Гражданского кодекса Украины, согласно которой, законным платежным средством, обязательным для принятия по номинальной стоимости на всей территории Украины, является денежная единица Украины – гривна (часть 1 статьи 192 указанного Кодекса).

И так,  отсутствие возможности гасить валютные кредиты породило поиски путей избавления от договорных обязательств, а как говориться, кто ищет, тот находит.

Здесь я не буду приводить способы ухода от уплаты кредитов в иностранной валюте, чреватые привлечением к уголовной ответственности, а лучше начну с примеров реальных дел, находящихся в моем производстве.

Ко мне обратились клиенты, на руках у которых имелось два кредита, валюта обязательства – Швейцарский франк.

Первый кредит был заключен в 2007 году под залог (ипотеку) квартиры, второй – в 2008. На момент выдачи обеих кредитом кур по валюте обязательства составлял чуть больше 4 гривен за 1 Швейцарский франк (кур дола США на тот момент 4,5 гривны).

Несмотря на то, что после кризиса 2008 года гривна просела к доллару вдвое, а стоимость Швейцарского франка взлетела до 9-10 гривен за единицу, все равно мои клиенты продолжали исправно гасить оба кредита

2014 год изменил все: курс Швейцарского франка уверено перешагнул за 30, и если раньше реальным стимулом для гашения кредитов была ипотека, то сей час, моим клиентам куда дешевле было расстаться с квартирой.

И так, поставленная задача состояла в том, что бы признать кредитные договора недействительными и, следовательно, – договор ипотеки.

На стадии моего вступления в дело, в судах уже были открыты производства по взысканию задолженности по неуплате кредитов, в связи с чем, были заявлены встречные иски о признании их недействительными.

Если вникнуть в суть любого валютного кредитного договора, то вытекают как минимум два пути признания таких сделок недействительными.

Первый, который лежит на поверхности, это нарушение банком Закона Украины «О защите прав потребителя» в момент заключения кредитных договоров и их исполнения.

Согласно требований статьи 18 указанного Закона, заключая договора с потребителями банки должны соблюдать положение об отсутствии в договорах несправедливых условий.

Далее Закон раскрывает, что условия договора считаются несправедливыми, когда противоречат принципу добросовестности, следствием чего является существенный дисбаланс договорных прав и обязанностей во вред потребителю.

В том числе несправедливыми, являются условия договора, которые устанавливают жесткие обязанности для потребителя, тогда как предоставление услуг банком обусловлено лишь собственным усмотрением; в том числе здесь может речь идти о наличии у банка права в одностороннем порядке менять условия договора.

При этом, положения договора, признанные несправедливыми являются недействительными, однако, если изменение положений договора либо признание их недействительными влечет за собой изменение существенных условий договора, по требованию потребителя, такой договор может быть признан недействительным в целом.

Кроме того, запрещена нечестная предпринимательская практика.

Под нечестной предпринимательской практикой подразумевается такая практика, которая вводит потребителя в заблуждение, либо когда, предлагая продукцию, услуги, контрагент предоставляет нечеткую, непонятную или двузначную информацию для осуществления потребителем осознанного выбора (часть 2 статьи 19 Закона Украины «О защите прав потребителя»).

Анализируя условия обеих договором, я пришел к выводу, что данные кредиты не содержат информации о совокупной стоимости кредитов и стоимости услуг по их оформлению (т.е. перечня всех затрат, связанных с подписанием договора, в том числе, административных затрат, затрат на страхование, юридическое оформление и т.д.). Также графики платежей не имеют детальной расшифровки общей стоимости кредита для клиента, как потребителя услуг банка.

Ко всему, это также требует Постановление НБУ от 10.05.2007 года № 168, которым утверждены «Правила предоставления банками Украины информации потребителю об условиях кредитования и совокупной стоимости кредита».

В подтверждение несправедливости договорных отношений является то, что условиями договоров предусмотрена обязанность клиента заключить договор страхование предмета ипотеки только в, выбранных банком, страховых компаниях.

Далее следует перечень жестких обязанностей потребителя касательно соблюдения сроков гашения кредита с детальной росписью всех видов ответственности, в то время как обязанности банка изложены в виде общих бланкетных положений.

Дополнительно предусмотрено дискриминационные условия изменения процентной ставки только в сторону увеличения, как в случаи ревальвации, так и девальвации гривны по отношению к доллару США, который не является валютой обязательства.

Что касательно самой процентной ставки, то она была установлена лишь на первый месяц кредитования, в то время как общий строк кредитов 15 лет.

Каждый месяц она подлежит пересмотру, при этом отсутствует сам механизм ее пересмотра и изменения, что дает банку широкое поле для злоупотреблений (собственно это и имело место в нашем деле).

В свою очередь, по существующей ставке кредитования установлена такая методика начисления процентов, что завышает фактическую процентную ставку в сравнении с той, что прописана в договоре.

Все указанное в совокупности дает основания говорить, что потребитель был сознательно введен в заблуждение с целью заключения сделки на несправедливых условиях, посредством нечестной предпринимательской деятельности.

Хочу добавить, что, несмотря на более чем весомые доводы в пользу признания таких кредитных договоров недействительными, не стоит останавливаться лишь на констатации нарушений прав клиента, как потребителя банковских услуг.

Судебная практика показывает, что нормы Закона Украины «О защите прав потребителя» судами трактуются неоднозначно, в связи, с чем исковые доводы были подкреплены и другими аргументами.

Наперед забегая, могу сказать, что оба договора были признаны недействительными, однако не только с оснований нарушения Закона Украины «О защите прав потребителя».

Продолжение в следующей статье.